Истец обратился в суд с иском об отмене совершенной исполнительной надписи нотариуса. В обоснование доводов истец указал на то, что в 2024 году он, находясь под психологическим воздействием со стороны неустановленных лиц, заключил с банком кредитный договор, предусматривающий право банка на взыскание задолженности по договору без обращения в суд - на основании исполнительной надписи нотариуса, совершенной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Истец полагал, что ввиду оспаривания им кредитного договора требования банка на дату обращения к нотариусу не являлись бесспорными, в связи с чем нотариальная надпись подлежит отмене.

Рассматривая настоящий спор, суд установил, что в 2024 году возбуждено уголовное дело по тем обстоятельствам, что заемщик (истец по настоящему делу), находясь под действием обмана со стороны неустановленного лица, оформил кредитные договоры в банках, перевел кредитные денежные средства на банковские карты неустановленного лица, заемщик признан потерпевшим по указанному делу. Судом также установлено, что после заключения кредитного договора заемщик обратился в суд с иском к банку о признании недействительным кредитного договора. В 2025 году на основании заявления банка нотариусом совершена исполнительная надпись о взыскании с заемщика задолженности по кредитному договору.

Исходя из положений закона о том, что исполнительная надпись может быть совершена нотариусом при представлении документов, подтверждающих бесспорность требований взыскателя к должнику, учитывая, что при имевшихся на дату обращения банка за совершением исполнительного действия обстоятельствах бесспорность требований взыскателя, располагавшего сведениями об оспаривании должником в судебном порядке кредитного договора, отсутствовала, суд пришел к выводу о нарушении принципа бесспорности требований, в отношении которых может быть совершена исполнительная надпись, в связи с чем принял решение об отмене исполнительной надписи нотариуса.

            Решение в законную силу не вступило.